Путешествия

Снова час, когда помимо воли
Память поднимает паруса,
Словно бригантина в синем море,
Чтобы мчать сквозь прошлые года.
Снова кадров чередой случайной
Мне цветное крутится кино,
И в мозгу, их преломленья тайной,
Ткется слов льняное полотно.
На экран реальности затменья
Вновь всплывают в памяти моей
Скал узор Гуамского ущелья
И в лучах блистающий Сидней.
Меркнет свет и исчезают звуки,
Пропадают мысли и слова:
Снова оглушительные руки
Жгут, как противень кемерского песка.
Чтоб ушла гордыня-недотрога,
Вновь лица сухой Сахары зной
Охладят Шавлинские озера
Ледниковой, талою водой.
В пузырьках дыханья аквалангов
Вновь осуществится мыслей фрахт
Зарослью египетских кораллов,
Очертаньями вверху парящих яхт.
Вновь покажется, что в череде романов,
Чтоб за ночь прическа не сошла,
Кружевною сеткою каналов
У Венеции покрыта голова.
Вновь несет в катуньские пороги,
Где порою кажется: "Ну, все..."
Не дождетесь! Не прошу подмоги!
Все еще держу в руках весло!
Но снесет Катунь-река гранит заслонов,
И в сознанье памяти наждак
Снова выпилит долину фараонов,
Сфинкса, пирамиды и Карнак.
Вновь придет, как в череде сомнений,
Заплутать в лесу мистических колонн:
В иероглифы прошедших поколений
Саваном Карнака погребен.
Вновь услышу и увижу так реально,
(И, наверное, не буду в этом нов)
В широте мелодий венских вальсов
Блеск размаха у ее дворцов.
Памяти счастливые подарки
Вновь пронзают, словно небо стриж,
Как с макушки Триумфальной арки
Под ноги мне падает Париж.
Вот, как струны, натянулись фьорды,
И колками гор встает земля,
Гордой музыкой звучат от них аккорды
Из под водопадного смычка.
Альп швейцарских выгнутые спины,
Горной речки бурная вода:
Мчится вверх из обжитой долины
Поезд, увозящий в небеса.
Вознесенью велено случиться
По швейцарской точности часам,
Чтоб с Европы крыши поклониться
Взрыву круч, снегам и небесам.
Падают вниз тихие долины,
Звон в ушах: стучится в мысли кровь.
Кажется: три гордые вершины,
Как надежда, вера и любовь.
Но, увы, сестер закрыты лица
Под тумана плотную вуаль,
Ни вглядеться в них, ни раствориться
С ними в неба призрачную даль.
Может быть, я просто недостоин
Видеть их сквозь неба паранджу,
Обреченный, словно с ветром воин,
Догоняя, вспугивать мечту?
Может слишком счастьем обеспечен
И не знаю стоит что чего,
И за это им не интересен,
Как ковбой неуловимый Джо?
И сомненья стянут, как одежда:
Может быть, стократ другим нужней
И любовь, и вера, и надежда,
И в лучах блистающий Сидней?
Может быть желаний разночтенья
Нашептали мне не те слова
В суете поспешного моленья
Около карнакского столба?
Есть вопрос, – и не найду ответа, –
Кто я: от рожденья до седин
У желаний солнечного лета
Раб немой иль властный господин?
Фокус четче делает природа:
С каждым годом вижу все ясней,
Что судьбы шагреневая кожа
Площадью, чем меньше, тем нежней.
Видно с сократившейся основы
Твердой, как у культуриста торс,
Сохранив материю природы,
Прорастает мягкий, длинный ворс.
Титры слов уже не различимы,
Перекрестье мыслей тех вдали,
За окном – унылые равнины,
А ведь только высились хребты.
Треском клавиш мысли вышибаю
В книжки про компьютерный учет,
Сталагмитом, как нарыв, врастаю
В гонорары и людской почет.
Жизнь, зачем асфальтовой дорогой
Лет беспамятства ты к пропасти ведешь?
Чтоб сверкать все больше позолотой?
Больше взял – быстрее упадешь.
Чтоб неразличимых дней стеною
Жизнь не стала, знаю я рецепт:
Повисать меж небом и землею,
Счета странствий проводя акцепт.
Сердца такт, как перестук вагона,
Нотами симфоний рев турбин,
Пролетают острова-перроны,
Города внизу, как звездный дым.
Сквозь иллюминатор непонятно
Звезды где: внизу иль наверху?
Версты-годы тают безвозвратно.
Истина, ты здесь иль за версту?
Может, где-то в льдинах Антарктиды
Зеркала пещер подкорки снов?
Может в жаркой Кении равнины
Жрут печаль, как зебру стая львов?
И блестят снега Килиманджаро,
И манят на верхнее плато.
Что найду там? Крышку к котлу ада?
Или просто новый кадр кино?
Вдруг, сквозь складки ношеной одежды,
Опознают драйверы души
В Титикака – озеро надежды,
А в придачу – веры и любви?
Может быть, в тиши буддистских храмов
Отыскать я истину смогу,
И на ось молебных барабанов
Веретенами смотаю суету?
Будет так! Увижу блик знаменья.
Ведь зачем-то в памяти моей
Скал узор Гуамского ущелья
И в лучах блистающий Сидней!
28.08.2001 - 28.09.2001

 

Отрава
Дорога
На смерть друга
Неожиданная догадка
Нить Ариадны