|
Какую только книгу ни откроешь, И в каждой песне эти есть слова — Все знают это — истины не скроешь — Везде есть в дыры стёртая «душа». И челюсть в непонятности отвисла: Зачем поэты все мусолят вновь и вновь, Как белку в колесе крутя без смысла, Туманное понятие «любовь»? Друзей про «душу» спрашивать пытался, Но лепетали те лишь маловнятные слова. Кончалось всё тирадой: «Лучше выпьем, Чтобы стоял и было денег до хрена». Но всё ж понять про «душу» мысли гложут: Как выглядит? Приучена ль к лотку? В каких напитках истины стреножит? И надо ли ей греть её еду? Я у подруг внять истину пытался, Отжав у Мурзика очередной стакан, И вроде Рембрандта читали, что-то знают, Но вот про «душу» — только слов канкан. Пожрать, бухнуть, обняться — тут понятно, Парето с Нэшем, пусть со скрипом, мысли трут, Но с термином «душа» уж как-то всё невнятно: Кого ни просишь дать определение — плывут. Коль в воду бросят — это не тревожит: Плыть брассом, кролем и дельфином я могу, Но что с «душою» будет, если влево вложит? Не захлебнётся ль, коль напитками залью? Перебираю вновь свою библиотеку И сквозь словес туман не видится ни зги. Везде «душа» — в хореях, ямбах, дактилях, сонетах, Но вдруг читаю вбившие оскомину стихи: «Я помню чудное мгновенье: Передо мной явилась ты, Как мимолётное виденье, Как гений чистой красоты». Потом вдруг тексты из другого тома, Где Соболевскому от Пушкина письмо О том, как Анну Керн на днях уёб. Вот тут — ура! Теперь все мысли дома! Теперь-то уж про «душу» знаю всё! Ведь точно это знал кудесник-мастер, Что никогда не сложатся стихи, Коль позабыл ты про упругость сисек И теплоту межножия «души»! Да, Сан Сергеич — это точно классик! И мысль с делами совмещал всегда! Теперь понятна мне суть «чудного мгновенья» И знаю место, где живёт «душа»! 2001-10-05 11:43, 2024-04-19 09:12 2025-07-23 |